Игровые автоматы - топовые казино клубы

Рейтинг казино от romarsel.ru

КАЗИНО
ИГРОКОВ
АКЦИИ
РЕЙТИНГ
САЙТ
1
126197
БЕЗДЕПОЗИТНЫЙ БОНУС 15$
4.2
2
63098
БЕЗДЕПОЗИТНЫЙ БОНУС 15$
4.5
3
42065
БЕЗДЕПОЗИТНЫЙ БОНУС 20$
4.6
4
31549
БЕЗДЕПОЗИТНЫЙ БОНУС 25$
4.3
5
25239
БЕЗДЕПОЗИТНЫЙ БОНУС 25$
4.3

алиса в стран чудес

алиса в стран чудес Алиса и Синяя Гусеница. Иллюстрация Бесси Пиза Гатмэнна Алиса, скучающая на берегу реки со своей сестрой, вдруг видит спешащего Белого Кролика, держащего в лапке карманные часы [К 1]. Она следует за ним в кроличью нору, падает в неё и попадает в зал с множеством запертых дверей. Там она находит ключ от маленькой 15-дюймовой двери, за которой виден сад, но не может попасть в него по причине своего роста. Алиса обнаруживает различные предметы, которые увеличивают и уменьшают её рост. Поплакав, она замечает Кролика, который обронил веер и перчатки. Помахав веером, она уменьшается и попадает в море собственных слёз. Алиса встречает мышь и различных птиц, слушает рассказ о Вильгельме Завоевателе и для того, чтобы высохнуть, играет в Бег по кругу. Кролик просит Алису найти его вещи и посылает её в свой дом. Оставив там перчатки, Алиса выпивает странную жидкость из пузырька и вновь вырастает, едва помещаясь в жилище Кролика. Последний, пытаясь выяснить, что происходит, посылает через дымовую трубу ящерку Билля, однако Алиса выталкивает его ногой обратно. Камешки, которыми в неё кидают, превращаются в пирожки; съев их, главная героиня вновь уменьшается и убегает из дома. В поисках сада, виденного ею через дверцу, она встречает Гусеницу. Та советует ей держать себя в руках и для того, чтобы обрести свой нормальный рост, откусить кусочек гриба. Алиса следует её совету, но с ней начинают происходить различные метаморфозы: у неё то пропадают плечи, то вытягивается шея. Наконец она уменьшается до 9 дюймов и видит дом. Побеседовав с Лягушонком и войдя в здание, на кухне Алиса обнаруживает Чеширского Кота, Кухарку и Герцогиню, качающую младенца. Забрав ребёнка, девочка уходит из дома, а Герцогиня сообщает, что собирается идти на крокет. Однако младенец превращается в поросёнка, и его приходится отпустить. На ветке дерева появляется Чеширский Кот. Сказав, что рядом живут Болванщик и Мартовский Заяц, он исчезает. Алиса попадает на Безумное чаепитие, где пытается разгадать загадки, слушает размышления Болванщика о времени и сказку Сони о трёх сестричках. Обидевшись на грубость хозяев, Алиса уходит. Войдя в дверь в одном из деревьев, главная героиня вновь попадает в зал и наконец-то проходит в сад. В нём она встречает Карточных стражей, которые по ошибке посадили белые розы вместо красных и перекрашивали их в нужный цвет. Через некоторое время к ним приближается процессия во главе с Червонными Королём и Королевой. Узнав о провинности солдат, Королева приказывает отрубить им головы, но Алиса незаметно прячет приговорённых в цветочный горшок. От Кролика Алиса узнаёт, что Герцогиня приговорена к смертной казни. Все пришедшие начинают играть в крокет, где в качестве клюшек выступают фламинго, а вместо мячей — ежи. Королева пытается отрубить голову и Чеширскому Коту, однако реализовать этот план не удалось — у кота в наличии только голова, которая постепенно тает. Поговорив с Герцогиней о морали, Алиса вместе с Королевой отправляется к Черепахе Квази и Грифону. Черепаха рассказывает о своём прошлом, когда она была настоящей черепахой, поёт песни и танцует. Затем главная героиня вместе с Грифоном торопятся на суд. Там судят Валета Червей, который украл семь тарталеток у Королевы, а председательствует сам Червонный Король. Первым свидетелем выступает Болванщик, который рассказывает о том, как он готовил бутерброд. Вторая свидетельница — Кухарка, сообщившая суду о том, что тарталетки делают из перца. Последней свидетельницей вызывают саму Алису, которая в этот самый момент внезапно опять стала расти. Королева требует отрубить голову и Алисе, а присяжным выносить приговор вне зависимости от виновности подсудимого. Девочка увеличивается до своего обычного роста, и тут все карты поднимаются в воздух и летят ей в лицо. Алиса просыпается и обнаруживает, что лежит на берегу, а сестра смахивает с неё сухие листья. Главная героиня сообщает сестре, что ей приснился странный сон, и бежит домой. Её сестра, которая тоже задремала, вновь видит Страну Чудес и её обитателей. Она представляет, как Алиса вырастает и рассказывает детям о своих горестях, радостях и счастливых летних днях. Номер главы Основная статья: Белый Кролик (англ.  White Rabbit) — говорящее животное с розовыми глазами, одетое в жилетку и лайковые перчатки. Он носит часы в кармане и живёт в «чистеньком домике» с надписью: «Б. Кролик» [К 3]. В первых главах Кролик куда-то опаздывает, в четвёртой пытается попасть в свой дом, а в финале произведения сопровождает королевскую чету и выступает в качестве глашатая. Автор отмечает, что Кролик создан для контраста с главной героиней. В противовес её «юности», «целенаправленности», «смелости» и «силе» ему соответствуют такие черты как «преклонный возраст», «боязливость», «слабоумие» и «нервная суетливость» :Гл. 2, к. 2. Доджсон, визуализируя образ персонажа, говорит что «Белый Кролик <…> носит очки, и я уверен, что голос у него должен быть неуверенный, колени — дрожать, а весь облик — бесконечно робкий». В «Приключениях Алисы под землёй» Кролик вместо веера роняет букет цветов. Алиса впоследствии уменьшается, вдохнув их аромат [5]. Возможно, персонаж был создан под впечатлением от статуи кролика из Рипонского собора Основная статья: Гусеница — насекомое синего цвета и трёхдюймового роста, встречающееся в 4-й и 5-й главах. Он восседает на белом грибе и курит кальян. Совет Гусеницы о том, что нужно всегда держать себя в руках выразительно пародирует основной приём морализаторской литературы для детей начала XIX века. По мнению философа Питера Хита (англ.  Peter Heath), Гусеница придерживается философских взглядов Локка на неизменность личности, которая выражается в устойчивости памяти. Личность осознает себя как таковую, поскольку помнит собственное прошлое. В поздней версии сказки Гусеница просит Алису откусить от разных сторон гриба, в то время как в первоначальной — от шляпки и от ножки. Гарднер предполагает, что наиболее вероятный вид гриба, на котором сидит Гусеница — Основная статья: Чеширский Кот (англ.  Cheshire Cat) — кот Герцогини, который часто улыбается. Вид у персонажа добродушный, однако у него много зубов и длинные когти. Алиса ласково называла его Чешик и считала своим другом. Сам кот думает, что находится не в своём уме, поскольку (в отличие от собак) ворчит, когда доволен, и виляет хвостом, когда сердится. Он умеет исчезать — как полностью, так и частично, — оставляя только улыбку или голову [К 4]. Во времена Кэрролла в ходу была поговорка: «Улыбается как чеширский кот». Объясняя происхождение поговорки, исследователи выдвинули две теории. Согласно первой, в графстве Чешир некий неизвестный маляр рисовал ухмыляющихся львов над дверями таверн [7]. Согласно второй, чеширским сырам иногда придавали форму улыбающихся котов [8]. «Это особенно в стиле Кэрролла, — утверждает доктор Филлис Гринейкер, — ибо в таком случае можно принять фантастическую идею, что кот из сыра может съесть крысу, которая съела бы сыр!» [5] По другой версии, Кэрролл придумал персонажа под впечатлением вырезанного из песчаника кота на западной стороне церкви Святого Уилфрида Основная статья: Черепаха Квази (англ.  Mock-Turtle) — черепаха с телячьей головой, хвостом, большими глазами и копытами на задних лапах. Квази говорил, что когда-то он был настоящей Черепахой и ходил в школу на дне моря, в которой он учился французскому языку, музыке, арифметике, грязнописанию и другим наукам [К 9]. На протяжении 10-й главы Квази рассказывает о морской кадрили с омарами и поёт песни. Королева сообщает, что именно из этого персонажа готовят квази-черепаший суп. Данное блюдо, которое обычно готовят из телятины, является имитацией настоящего супа из зелёной морской черепахи [5]. В сказке персонаж постоянно плачет. Это обосновывается с биологической точки зрения: морские черепахи действительно часто льют слёзы — таким образом они удаляют соль из своего организма Основная статья: Червонная Королева (англ.  Queen of Hearts) — в сказке предстаёт жестоким антагонистом, которая с определённой периодичностью пытается отрубить голову многим другим персонажам. Она часто пребывает в раздражённом или яростном состоянии. Обладает громким пронзительным голосом. Алиса испытывает антипатию к Королеве [К 10]. В статье «Алиса на сцене» Кэрролл представлял себе Червонную Королеву воплощением безудержной страсти, нелепой и бессмысленной ярости [12]. Гарднер заявлял, что королевские распоряжения о казнях возмущали многих специалистов детской литературы, считавших, что в сказках не должно быть никакого насилия. Он иронично заметил, что нормального ребёнка эти сцены забавляют и подобные книги нельзя давать в руки только взрослым, проходившим курс психоанализа [en] отправил запрос в 1950 году в Лондонское метеорологическое ведомство (англ.  London meteorological office), которое сообщило, что погода близ Оксфорда в тот день была «прохладной и довольно влажной» Philip Stewart) из Оксфордского департамента лесного хозяйства (англ.  Oxford University's Department of Forestry) подтвердил, что Обсерватория Радклиффа 4 июля зафиксировала дождь, облачность и максимальную температуру в тени, равную 67,9 градусов по Фаренгейту. По мнению Гарднера, указанные сведения свидетельствуют о том, что Кэрролл и Алиса спутали эту поездку с какой-то другой, проведённой в солнечные дни, хотя оставляют возможность, что в тот день всё же могло быть солнечно и сухо Обложка оригинальной рукописи «Алисы», 1864 г. Гарднер подчёркивает, что характер первых эпизодов чувствуется и в особой разговорной интонации, и в прямых намёках на слова, события, хорошо известные девочкам Лидделл. Он также высказывает предположение, что образ «прекрасного сада», в который так стремилась попасть Алиса, основан на том саде, который Кэрролл нередко видел, работая хранителем библиотеки колледжа Крайст-Чёрч из своей маленькой комнатки. В этом саду часто играли в крокет дети Лидделла Ранее, 17 июня 1862 года, Доджсон в компании своих сестёр Фэнни и Элизабет, тётушки Лютвидж и девочек, также совершали прогулку на другой лодке до Нунхема. В тот день пошёл дождь и все сильно промокли, что стало первоосновой для второй главы — «Моря слёз» [5]. Под влиянием этой прогулки писатель более подробно разработал сюжет и историю Алисы, а в ноябре Кэрролл всерьёз занялся рукописью [20]. Чтобы сделать историю более естественной, он исследовал поведение животных, упомянутых в книге. Согласно дневникам Доджсона, весной 1863 года он показал незаконченную рукопись истории своему другу и советчику Джорджу Макдональду, детям которого она очень понравилась. Макдональд и его другой друг Генри Кингсли (англ.  Henry Kingsley) впоследствии посоветуют издать книгу [24]. Кэрролл включил в рукопись свои собственные зарисовки, но в изданной версии использовал иллюстрации Джона Тенниела 26 ноября 1864 года Доджсон подарил Алисе Лидделл свою работу под названием «Приключения Алисы под землёй» (англ.  Alice's adventures under ground), с подзаголовком «Рождественский подарок Дорогой Девочке в Память о Летнем Дне» (англ.  A Christmas gift to a Dear Child in a Memory of a Summer Day), состоящую всего из четырёх глав, к которой прикрепил фотографию Алисы в 7-летнем возрасте [26]. Ряд биографов Льюиса Кэрролла, в том числе Мартин Гарднер, считают, что была и более ранняя версия «Алисы», уничтоженная самим Доджсоном [4]. Так, известно, что перед тем, как рукопись вышла в печать, автор увеличил объём произведения с 15,5 тысяч до 27,5 тысяч слов, дополнив сказку эпизодами про Чеширского кота и Безумное чаепитие [27]. Сам Доджсон заявлял, что успех его работы основан на помощи двух помощниц — феи фантазии и любви к детям :15. По прошествии времени, в 1928 году Алиса Лидделл была вынуждена продать рукопись на аукционе Сотбис за 15 400 фунтов стерлингов [К 12]. Книга была куплена американским коллекционером А. С. Розенбахом. В 1946 году рукописная сказка снова попадает на аукцион, где оценивается в 100 тысяч долларов. По инициативе сотрудника Библиотеки Конгресса США Л. Г. Эванса был объявлен сбор пожертвований в фонд для выкупа книги. В 1948 году, когда нужная сумма была собрана, группа американских благотворителей передала её в дар Британской библиотеке в знак признательности за роль британского народа во Второй мировой войне, где она хранится и по сей день Страницы из первой рукописи Льюиса Кэрролла «Приключения Алисы под землёй» Первая публикация «Алисы» состоялась 4 июля 1865 года. Дата была выбрана неслучайно — этот день стал трёхлетней «годовщиной» с момента возникновения истории после речной прогулки. Книга была выпущена издательством «Macmillan and Co» и напечатана в типографии «Oxford University Press». Сказка появилась с подзаголовком «Alice’s Adventures in Wonderland by „Lewis Carroll“» с иллюстрациями Джона Тенниела (англ.  John Tenniel). Псевдоним автора был образован путём перевода его имён «Чарльз Лютвидж» на латинский. Получившийся вариант «Каролюс Людовикус» (лат.  Carolus Ludovicus) он поменял местами и вновь перевёл на английский. Так Доджсон стал Льюисом Кэрроллом [19]. Из первоначального тиража были изъяты и уничтожены 2 тысячи экземпляров ввиду претензий художника к качеству печати. Кэрролл отказался от заказа, и тираж, судя по всему, так и не поступил в продажу. Хотя такие исследователи, как Грэхэм Овенден (англ.  Graham Ovenden) и Джон Дэвис (англ.  John Davis) полагают, что возможно какая-то его часть была продана в Америке [31]. Первоначально примерно 48 экземпляров этого издания были переплетены и отправлены Доджсоном в подарок друзьям. Однако впоследствии Кэрролл вернул их и передал бракованные книги в детские больницы Обложка издания «„Алиса“ для детей» 1890 года Второе издание с минимальными изменениями, отпечатанное фирмой «Richard Clay and Sons» в Оксфорде, было продано с разрешения Доджсона в Нью-Йоркское издательство «Appleton». Оно вышло в декабре того же 1865 года, хотя на титульной странице уже был проставлен 1866 год. Весь тираж в одну тысячу экземпляров был распродан в кратчайшие сроки [32]. Примечательно, что Доджсон подарил Дакворту факсимильный экземпляр данного выпуска. Подпись на нём гласила: «Робину Гусю от Додо». Третье издание 1867 года, состоящее из 952 штук, печаталось уже в США [5]. Кэрролл мало интересовался качеством собственных книг, выпускаемых в Америке. В 1886 году появилось переиздание «Приключений Алисы под землёй», а его факсимильная версия увидела свет только 1965 году. В 1889 году вышла новая версия сказки «„Алиса“ для детей» (англ.  The Nursery "Alice"). Произведение было переписано, значительно сокращено и адаптировано для самых маленьких читателей. В сказке впервые появились цветные иллюстрации При жизни автора «Алиса в Стране чудес» неоднократно переиздавалась, однако никаких существенных изменений в тексте не было произведено. К изданию 1886 года Кэрролл написал короткое предисловие и увеличил стихотворение «Голос омара» с шести до шестнадцати строк. До 1886 года во все издания сказки входила первая строфа из четырёх строк и вторая строфа, прерываемая после второй строки. Кэрролл дописал вторую строфу для опубликованной в 1870 году книги Уильяма Бонда «Песни из „Алисы в Стране чудес“» (англ.  Songs from „Alice in Wonderland“). B 1886 году Доджсон дописал последние четыре строки стихотворения, значительно изменив в то же время вторую строфу. Также было слегка изменено и дополнено мышиное стихотворение. Несмотря на косметические изменения, исследователи насчитывают 37 различных поправок [4]. Издание 1897 года, в которое вошли обе сказки Кэрролла, вышедшее за год до смерти писателя, было им исправлено и снабжено предисловием. Данная версия считается каноническим текстом — именно она воспроизводилась в академическом издании «Оксфордской серии английского романа» В настоящее время известны всего 23 уцелевших экземпляра первого издания, в том числе экземпляр вёрстки, переплетённый наборщиком [33]. 18 экземпляров находятся в фондах различных библиотек и архивов (в том числе в Центре Гарри Рэнсома [en]), 5 экземпляров на руках у частных лиц. Среди первых именитых читателей сказки были королева Виктория и Оскар Уайльд [36]. В конечном итоге Тенниел создал 42 чёрно-белые иллюстрации [37]. На каждом рисунке автор проставлял специальный знак, который является монограммой его инициалов — J. T. [4] Доджсон решил в качестве основы «художественной» версии Алисы использовать не Алису Лидделл, у которой были тёмные коротко стриженые волосы и чёлка на лбу. Писатель послал Тенниэлу фотографию другой девочки, с которой Кэрролл дружил — Мэри Хилтон Бэдкок (англ.  Mary Hilton Badcock), однако воспользовался ли ею Тенниел, считается вопросом спорным. На отрицательный вывод наводят некие строки из письма, которое Кэрролл написал спустя некоторое время после того, как появились обе сказки: Мистер Тенниел, единственный из иллюстрировавших мои книги художников, наотрез отказался рисовать с натуры, сказав, что она ему так же не нужна, как мне для решения математической задачи — таблица умножения! Я склонен думать, что он ошибался и что из-за этого некоторые рисунки в «Алисе» непропорциональны — голова слишком велика, а ноги слишком малы По мнению Мартина Гарднера, прообразом Герцогини Тенниела была реально существовавшая историческая личность — Маргарита Маульташ, какой она изображена на картине фламандского художника XVI века Квентина Массейса «Уродливая герцогиня». Маульташ имела репутацию самой уродливой женщины в истории. Впрочем, в качестве иных возможных прототипов исследователь Майкл Ханчер (англ.  Гарднер выдвинул предположение, что прототипом иллюстрации Болванщика был некий Теофилиус Картер (англ.  Theophilus Carter) по прозвищу Безумный Шляпник, причудливый торговец мебелью, живший неподалёку от Оксфорда. Это прозвище объяснялось тем, что он всегда носил цилиндр и изобрёл «кровать-будильник», которая в определённое время сбрасывала спящего на пол. Этим Гарднер объясняет стремление персонажа разбудить Соню В 1907 году права на исключительную публикацию книги истекли, и в этом же году 12 различных художников создали свои версии иллюстраций. Наиболее замечательными и довольно часто переиздаваемыми из них являются 20 иллюстраций, выполненных Артуром Рэкхемом; они же являются первыми цветными иллюстрациями к книге. Популярностью пользовались также иллюстрации Томаса Майбанка. Также из известных авторов иллюстрировали книгу Сальвадор Дали (1969, 13 иллюстраций), Туве Янссон (1966 Иллюстрация Сергея Залшупина к Берлинскому изданию 1922 года В России одни из наиболее известных иллюстраций принадлежат Геннадию Калиновскому, который сделал 71 оригинальную чёрно-белую иллюстрацию к изданию «Алисы в стране чудес» 1974 года, а далее ряд цветных иллюстраций к изданию 1988 года (а за иллюстрации к «Алисе в Зазеркалье» Калиновский получил диплом имени Ивана Фёдорова в 1982 и 1988 годах). Также книгу иллюстрировали такие известные советские и русские художники, как Виктор Чижиков (1971), Май Митурич-Хлебников и другие. Канадский художник украинского происхождения Олег Липченко за иллюстрации к изданию 2007 года получил в 2009 канадскую премию имени Элизабет Мрэйзик-Кливер в области книжной иллюстрации Первое русское издание одного из самых известных переводов Алисы авторства Нины Демуровой (1967) вышло в Болгарии и сопровождалось рисунками болгарского художника Петра Чуклева. Дореволюционные русские издания переводов чаще всего сопровождались рисунками Чарльза Робинсона и Гарри Фернисса. «Эмигрантское» издание перевода Владимира Набокова (1922, Берлин) сопровождалось чёрно-белыми иллюстрациями Сергея Залшупина. Тем не менее, среди издателей одними из наиболее популярных остаются иллюстрации Тенниела. Вот их полный список в порядке появления в книге (имена даны по переводу Н. Демуровой): Изображения Алиса и Мышь в Море слёз. Иллюстрация Мило Уинтер Бег по кругу. Иллюстрация Гертруды Кэй Алиса, Герцогиня, Чеширский Кот и кухарка. Иллюстрация Гуинедд Хадсон Большое количество сцен сказки подверглись всестороннему анализу исследователями из различных отраслей знаний. При падении сквозь кроличью нору Алиса задаётся вопросом, пролетит ли она Землю насквозь. В сказке главная героиня представляет, как появляется где-нибудь в Новой Зеландии или Австралии, однако впоследствии падает в кучу валежника. Для Кэрролла это была актуальная тема. В действительности же тело будет падать с возрастающей скоростью, но с убывающим ускорением, пока не достигнет центра Земли, где ускорение равно нулю. После этого скорость его станет уменьшаться, а замедление — увеличиваться, до тех пор пока оно не достигнет противоположного конца туннеля. Сама идея приключений под землёй, возможно, является отголоском аналогичного эпизода в сказочном романе Джорджа Макдоналда «Фантазия». Эту теорию подтверждает общая негативная интонация в описании тех существ, которых встречают Алиса и герой Макдоналда в подземном царстве Пока Алиса падает сквозь нору, она вопрошает вслух: «Едят ли кошки мошек? Едят ли мошки кошек?», а впоследствии думает, что ей всё равно. Некий Эликзэндер утверждает, что в данном контексте Алиса играет с логическим позитивизмом. Она отвергает вопросы, которые считаются бессмысленными, поскольку на них нельзя дать эмпирически обоснованный ответ. Алиса также пытается вспомнить, не забыла ли она таблицу умножения: «Значит так: четырежды пять — двенадцать, четырежды шесть — тринадцать, четырежды семь… Так я до двадцати никогда не дойду!». Так как английская таблица умножения традиционно заканчивается на 12, то если принять эти цифры за аксиому, и развивать прогрессию: 4 × 5 = 12, 4 × 6 = 13, 4 × 7 = 14, она окончится 4 × 12 = 19. То есть до 20, не хватит единицы. А. Л. Тейлор (англ.  A. L. Taylor) развивает другую теорию. Для системы счисления, использующей как основание 18, 4 × 5 действительно равняется 12. В системе счисления с основанием 21 справедливо равенство 4 × 6 = 13. Если продолжить эту прогрессию, каждый раз увеличивая основание на 3, то произведения будут увеличиваться на единицу, пока не дойдёт до 20. Именно тогда метод откажет: 4 × 13 равняется не 20 (для системы чисел с основанием 42), а «1», за которой будет следовать символ, играющий роль «10» Абсурдная прогрессия получилась у Алисы в результате перепутанных слов twenty и twelve, и то, что ошибка связана именно со словами, существенно в контексте всего эпизода «неудачных» воспоминаний. Алиса не может вспомнить своё имя, таблицу умножения, названия европейских государств и стихотворение английского теолога Исаака Уоттса «Противу Праздности и Шалостей» Море слёз и бег по кругу[править | править вики-текст] Во второй главе Алиса то уменьшалась, то увеличивалась под воздействием различных предметов и веществ и боялась совсем исчезнуть. Космологи считают подобные сцены отличной иллюстрацией аспектов теорий, рассматривающих расширение Вселенной. Гарднер сравнивает эти эпизоды с исследованиями Эдмунда Уиттекера, описывающие уменьшающуюся Вселенную, суть которой состоит в том, что общее количество материи неизменно уменьшается, и в конце концов Вселенная превратится в ничто Само море слёз, в которое попала главная героиня по мнению У. Эмпсона, содержит в себе скрытую сатиру на теорию эволюции, где оно является аналогом праокеана, в котором зарождалась жизнь, а бег по кругу, в котором каждый выигрывает, — теории естественного отбора. В оригинале сам термин назывался «Caucus-Race», что в переводе означает «Гонка партийных собраний». Понятие возникло в США, где обозначало собрание лидеров фракции по вопросу о кандидате или политической линии. Гарднер предполагает, что писатель употребил этот термин символически, имея в виду, что члены комитетов партий обычно заняты бессмысленной беготнёй, которая ни к чему не ведёт. Иные исследователи сравнивали эпизод из главы с фрагментами книги историка и проповедника Чарльза Кингсли «Дети воды» и «Истории малиновок» Сары Триммер В четвёртой главе Кролик называет Алису Мэри-Энн и просит её найти веер и перчатки. Роджер Грин (англ.  Roger Green) отмечал, что имя Мэри-Энн являлось эвфемизмом служанки. У подруги Доджсона, Джулии Кэмерон (англ.  Julia Cameron), была 15-летняя горничная по имени Мэри-Энн, что, возможно, повлияло на прозвище Алисы. Впрочем, во времена Кэрролла это имя имело множество значений, вплоть до вариации политической сатиры на республиканцев во времена Французской революции и сленгового названия гильотины. По мнению Гарднера, это скорее случайность, чем явная связь между Алисой и насильственными наклонностями Червонной Королевы и Герцогини. Перчатки имели особое значение как для Кролика, так и для Кэрролла. Иса Боуман [en], современник автора сказки, отмечал эксцентричные вкусы Доджсона в одежде — все сезоны года, в любую погоду, он носил серые и чёрные хлопковые перчатки В главе встречается щенок. Он — единственное существо в сказке, которое ведёт себя именно как животное, и не может говорить. Многие комментаторы сходятся в том, что он забрёл в сон Алисы из «реального мира» В сказке упоминается, что в доме Герцогини в воздухе чувствовался перец, которым кухарка перчила суп. Гарднер предполагает, что это либо аллюзия на жестокий характер Герцогини, либо намёк на традиции низших слоёв населения викторианской Англии. В то время было принято изрядно перчить суп, чтобы скрыть вкус испорченного мяса и овощей :6/2. Превращение ребёнка в свинью связывается исследователем с тем фактом, что Кэрролл был невысокого мнения о маленьких мальчиках. Эта тенденция просматривается и в другой его работе, в частности в романе «Сильвия и Бруно», в котором «отвратительно толстый» мальчик превращается в дикобраза. Некий Фрэнки Моррис (англ.  Frankie Morris) предполагал, что трансформация основана на шутке, которую разыграл Яков I с графиней Букингемской. Во время крещения он заменил ребёнка свиньёй :Ibid, 6/5. В данной главе Алиса также вопрошает у Чеширского Кота, куда ей идти, оговаривая, что ей всё равно куда она попадёт, на что Кот ответил: «Куда-нибудь ты обязательно попадёшь. Нужно только достаточно долго идти». Эти слова, по мнению Демуровой, принадлежат к наиболее широко цитируемым из обеих сказок об Алисе. Отзвуки этой мысли прослеживаются в романе «В дороге» Джека Керуака, а Джон Кемени ставит вопрос Алисы и ответ Кота эпиграфом к главе о науке и нравственных ценностях в своей книге «Философ смотрит на науку». Кемени заявляет, что цитата точно выражает извечный конфликт между наукой и этикой, поскольку наука не может сказать, в каком направлении следует идти, однако, после того как решение будет принято, она может указать наилучший путь к достижению цели Безумное чаепитие. Иллюстрация Дж. Тенниела Комментарий Болванщика о длинных волосах Алисы, которые не мешало бы подстричь, возможно, относится к самому Кэрроллу. Боуман вспоминал, что волосы писателя были длиннее, чем требовала мода того времени :Ibid, 7/4. В сцене чаепития Шляпник задаёт Алисе загадку, которая звучит следующим образом: «Чем ворон похож на письменный стол?» (англ.  Why is a raven like a writing desk?). Кэрролл признавался, что ответа к этой загадке не существует: он придумал её, не задумываясь об отгадке. Однако поток вопросов от читателей был столь силён, что в переиздании 1896 года Доджсону пришлось добавить разгадку: «Потому что они оба могут издавать звуки из нескольких нот, особенно если переставить норов с конца на перёд!» (англ.  Because it can produce a few notes, though they are very flat; and it is nevar [sic] put with the wrong end in front!). В оригинале, плоские ноты — отсылка к выражению «to sing flat» — петь фальшиво. Вторая часть фразы содержит непереводимую игру слов, буквально: «и они никогда не ставят неправильный конец в начало»; слово «nevar» (рус. никогда) написано с ошибкой. Если его прочесть задом наперёд, превращается в «raven» (рус. ворон) [46]. В переизданиях, появлявшихся незадолго до смерти автора, редактор посчитал написание ошибкой, и слово с данной орфографией было изменено Сэм Лойд (англ.  Poe wrote on both), что являет собой отсылку к стихотворению «Ворон» Эдгара Алана По [47]. Олдос Хаксли в статье «Вороны и письменные столы» даёт абсурдный ответ: потому что в них о боих есть 'б', а в никаком (из них) — 'н'. (англ.  because there's a 'b' in both, and because there's an 'n' in neither) James Michie) предложил подобный ответ: потому что каждый начинается с 'к'. (англ.  because each begins with 'e'). Дэвид Джорди (англ.  David B. Jodrey) предлагает такой вариант: «У обоих есть перья, смоченные в чернилах» (англ.  Both have quills dipped in ink). Сирил Пирсон (англ.  Cyril Pearson) представляет ещё одну вариацию разгадки: «Потому что они оба закрываются с шумом/Потому что они оба спускаются со взмахом крыльев» (англ.  Because it slopes with a flap) [К 16]. Хаксли резюмирует: «Существует ли Бог? Есть ли у нас свобода воли? Почему существует страдание? Всё это так же бессмысленно, как и вопрос Болванщика» :7/5. В данной главе Болванщик замечает, что его часы отстают на два дня. Если предположить, что действие сказки разворачивается 4 мая 1862 года, то есть в день рождения Алисы Лидделл, то по мнению Тейлора, разница между лунными и солнечными месяцами должна составлять два дня. По его мнению, это позволяет сделать обоснованную гипотезу, что часы Болванщика показывают лунное время. Если Страна чудес находится где-то недалеко от центра Земли, пишет Тейлор, положение Солнца безразлично для определения времени, однако фазы Луны останутся неизменными. В пользу данного предположения говорит и связь между словами «лунный», «лунатик», «безумный». Впрочем, Гарднер отмечает, что трудно поверить, что Кэрролл имел это в виду при написании своей работы :Ibid, 7/6. Герой также говорит, что время всегда стоит на отметке в 6 часов. Именно в этот час в семье Лидделлов было принято пить чай. Артур Эддингтон и некоторые другие физики, занимавшиеся теорией относительности, сравнивали Безумное чаепитие, где стрелки часов всегда стоят на шести, с той частью модели космосаДе Ситтера, в которой течение времени остановилось :79. Имена трёх сестричек, упоминаемые Соней, содержат в себе зашифрованные имена сестёр Лидделл. Инициалы Лорины Шарлотты произносятся по-английски Элси (англ.  L. С.). Тилли — сокращение от Матильды; оно представляет собой шуточное имя, присвоенное в семействе Лидделлов Эдит. Лэси (англ.  Lacie) — не что иное, как анаграмма имени Алисы ( Alice). Согласно рассказам мыши, они жили на дне колодца, были очень больны и всё время пили одну только патоку. Помимо бытового значения мелассы, в деревне Бинси [en], находящейся недалеко от Оксфорда, патока также означала некое лекарственное вещество, предназначенное для лечения от змеиных укусов. Вода, которая содержала это лекарство, назвалась «патоковый колодец» Страница фигурного стихотворения из третьей главы, представляющая собой мышиный хвост Сказка содержит одиннадцать стихов, большинство из которых являются пародиями на популярные нравоучительные стихотворения и песни того времени. За немногими исключениями, они малознакомы современному читателю. Вступительное стихотворение «Июльский полдень золотой…» написано под влиянием речной прогулки, проведённой 4 июля 1862. Все три сестры Лидделл нашли своё отражение в нём. Так, Лорине соответствует «Prima» (Первая), Алисе — «Secunda» (Вторая), Эдит — «Tertia» (Третья) [49]. Стих «Как дорожит своим хвостом малютка крокодил…» пародирует произведение английского теолога и автора гимнов, Исаака Уоттса «Противу Праздности и Шалостей» (англ.  Against Idleness and Mischief) из его сборника «Божественные песни для детей» (англ.  Divine Songs far Children), написанное в 1715 году «Цап-царап сказал мышке…», по мнению Гарднера, является одним из наиболее известных фигурных стихотворений. Существует версия, что идею рассказа мыши подал Кэрроллу Альфред Теннисон. Поэт рассказал писателю свой сон, в котором он сочинил поэму о феях. Она начиналась длинными строками, которые постепенно укорачивались. Несмотря на то, что Теннисон запомнил необычную строфу, саму поэму он по пробуждении забыл. В первоначальном варианте книги рассказ Мыши представлен совсем другим стихотворением, в котором Мышь действительно объясняет, почему она не любит кошек и собак, в то время как в стихотворении, вошедшем в окончательный вариант сказки, о собаках ничего не говорится [5]. В оригинальной версии стиха с мышкой разговаривает не Цап-царап, а «Колыбельная Герцогини» являлась своеобразным шаржем на стих «Любите! Истина вела…» (англ.  Speak Gently), чьё авторство различными исследователями приписывается или Г. Лэнгфорду (англ.  G. W. Langford), или Дэвиду Бейтсу (англ.  David Bates). Песня Болванщика «Филин» пародирует первую строфу стихотворения Джейн Тейлор [5]. В оригинале с чайным подносом сравнивается вовсе не филин, а летучая мышь. Это прозвище закрепилось за оксфордским профессором математики Бартоломью Прайсом (англ.  Bartholomew Price). Гарднер отмечал, что его лекции, как и в стихах, «высоко парили над головами слушателей». Комната Прайса изобиловала многочисленными куклами и игрушками, в число которых входила летучая мышь, случайно вылетевшая из окна и упавшая на чайный поднос, который нёс служащий университета. Эта история напрямую связана со стихотворением Mary Howitt) «Паук и муха» (англ.  The Spider and the Fly). В ранней версии сказки стихотворный текст был совсем иным, и объектом шаржа для него выступала негритянская песня, припев к которой начинался так: «Эй, Сэлли, прямо и бочком, Эй, Сэлли, топни каблучком!». Именно её «выразительно пропели» сёстры Лидделл в канун речной прогулки 3 июля 1862 года Первая строфа стиха «Это голос Омара…» у некоторых исследователей вызывал ассоциации с библейским выражением «голос горлицы», из-за чего викарий из Эссекса прислал письмо в «Сент-Джеймз газетт», в котором обвинял Кэрролла в богохульстве. Однако фактически «Голос Омара» пародирует стихотворение Исаака Уоттса «Лентяй». Стих «Еда вечерняя» пародируют романс «Звезда вечерняя» (англ.  Star of the Evening) Джеймса Сейлза (англ.  James M. Sayles). 1 августа 1862 сестры Лидделл исполнили песню Кэрроллу. Растягивание некоторых слов соответствует этому исполнению. «Дама червей напекла кренделей...» является народной песней. В сказке присутствует только её первая строфа. Стихотворение «Я знаю, с ней ты говорил…» представляет собой показания Белого Кролика. Они состоят из шести строф и с перепутанными местоимениями. Показания являются переработанным вариантом стихотворения-нонсенса Кэрролла, озаглавленного «В ней всё, что в нём меня влечёт…» (англ.  She's All My Fancy Painted Him). Первая строка первоначального варианта повторяет первую строку песни о неразделённой любви Уильяма Ми (англ.  William Mee) «Алиса Грей» (англ.  Alice Gray) Раннее критическое восприятие на сказку было смешанным или негативным. Первый обзор книги появился 16 декабря 1865 года и впоследствии был опубликован в журнале «Athenaeum» в 1900 году [50]. Литературный критик охарактеризовал работу Кэрролла как сказку-сон. Обозреватель задавался вопросом, можно ли полноценно описать сновидение со всеми его неожиданными зигзагами, путаницей и несообразностью. Приключения Алисы, в которых использованы разнообразные комбинации, были названы странными. Рецензент сделал вывод, что, прочитав «неестественную и перегруженную всякими странностями сказку», ребёнок будет испытывать скорее недоумение, чем радость В Великобритании первые отзывы на книгу были весьма критичны: за редкими исключениями рецензенты отказывались видеть хоть какой-то смысл в «блужданиях» Алисы. Отношение критики изменилось лишь спустя несколько десятилетий Прочие критики признавали за автором «живое воображение», но находили приключения «слишком экстравагантными и абсурдными» и «не способными вызвать иных чувств, кроме разочарования и раздражения» {Ibid, p. 7.}. Даже самые снисходительные из критиков решительно не одобряли Безумного чаепития; в то время как другие (1887 г.) намекали, что он списал сюжет из книги Томаса Гуда «Из ниоткуда к Северному полюсу» англ.  From Nowhere to the North Pole. В 1890 г. Кэрролл ответил, что книга Гуда была опубликована лишь в 1874 г., то есть спустя девять лет после «Страны чудес» и три года — после «Зазеркалья» Спустя десятилетие к книге приходит признание. Ф. Дж. Харви Дартону, крупнейший авторитет в области английских детских книг, писал о ней как о произведении новаторском, совершившем подлинный «революционный переворот» [53] в английской детской литературе. [51] Кэрроллу: «Положа руку на сердце и хорошо всё обдумав, я могу лишь сказать, что Ваша новая книга самое прекрасное из всего, что появилось после „Мартина Чеззлвита“». Первый (анонимный) перевод, 1879 год, изд. А. И. Мамонтов и Ко В 1879 г. появился первый перевод книги в России под названием «Соня в царстве дива», выполненный анонимным переводчиком. По поводу личности переводчика сложилось несколько версий. Так, писатель Джон Винтерих и его соавтор к. ф. н. Д. М. Урнов [54] приписывают перевод Ольге Тимирязевой (двоюродной сестре выдающегося учёного Климента Тимирязева), которая упоминалась в 1871 году в письме Кэрролла издателю Анонимный автор поместил в журнале «Народная и детская библиотека» следующий негативный отзыв: В маленькой книжке, переполненной орфографическими ошибками и стоящей непомерно дорого, помещён какой-то утомительно скучнейший, путанейший болезненный бред злосчастной девочки Сони; описание бреда лишено и тени художественности; остроумия и какого-нибудь веселья нет и признаков. Отзыв из журнала «Воспитание и обучение»: Публика, которая ищет содержания в детских книгах, не найдет его в «Соне в царстве дива». Царство дива это нескладный сон девочки, который переносит её в мир мышей, кошек, белок, насекомых. Может быть, покупатель, перелистывая книгу, подумает, что найдет в ней кое-какое подражание «Бабушкиным сказкам» Жорж Санд, и, разумеется, не рассчитывая найти ни крупного таланта, ни поэзии, будет всё-таки ожидать найти мысль — и ошибётся. Отзыв из журнала «Женское образование»: Есть книги, о которых и десяти слов сказать не хочется, до того они ниже всякой критики. Лежащее перед нами издание принадлежит именно к их числу. Бессодержательнее и нелепее этой сказки или, вернее, просто небывальщины (так как в создании сказки предполагается участие фантазии) трудно себе что-нибудь представить. Советуем всем матерям пройти мимо этого никуда не годного измышления, не приостанавливаясь ни на минуту. Далее см. также Издание 1911 г., пер. А. Н. Рождественская, изд. «Товарищество М. О. Вольф» Существуют большое количество переводов сказки как на многие языки мира, так и на русский язык. Литературные обозреватели и сами переводчики отмечали, что сказка Кэрролла во многом построена на английских остротах и каламбурах, фольклоре, лингвистических и филологических тонкостях. Сергей Курий уточнял, что при буквальном переводе пропадает юмор и игра, а при ассоциативном получается «совсем не та „Алиса“» [57]. До сих пор не существует единого принципа перевода произведения В своей книге «Алиса на разных языках» Уоррен Уивер (англ.  Warren Weaver) заявляет, что в сказке Кэрролла присутствует большее количество стихов пародийного типа: их девять на протяжении небольшого текста. Он говорит о трёх возможных методах перевода пародий. Более разумным он считает избрание стихотворения того же типа, которое хорошо известно на языке перевода, а затем написание пародии на него, с попыткой имитировать при этом стиль английского автора. К менее удовлетворительному способу он относил перевод более или менее механический и буквальный. Третий способ исходил из создания нового стихотворения в жанре нонсенс и использования его в тексте вместо оригинала Впервые на русском языке книга появилась в 1879 году. Она называлась «Соня в царстве дива» и была отпечатана в типографии А. И. Мамонтова в Москве, без указания автора и переводчика. В настоящий момент её экземпляры сохранились в Российской национальной библиотеке и Российской государственной библиотеке. Следующий перевод появился через 29 лет — книга носила название «Приключенія Ани в мiрѣ чудесъ», адаптацией занималась Матильда Гранстрем [59]. В том же году публикуются и «Приключенiя Алисы въ волшебной странѣ» в переводе Александры Рождественской Allegro [61]. По мнению исследователей, последним дореволюционным изданием было «Алиса в волшебной стране» в сборнике «Английские сказки» (приложение к журналу «Золотое детство») без выходных данных. Предположительный год издания — 1913, а вероятный автор перевода — Михаил Чехов (брат писателя А. П. Чехова) В 1966 году переводом сказки занялась литературоведНина Демурова. В основу перевода было положено последнее прижизненное издание обеих сказок вместе с комментариями М. Гарднера из книги «Аннотированная „Алиса“». Текстами стихов занимались несколько человек. Так, «Папу Вильяма» и «Морскую кадриль» задолго до того перевёл Самуил Маршак, но в конечном варианте его тексты были подвергнуты серьёзной переработке. Для издания 1967 года часть стихов («Июльский полдень золотой», «Цап-царап сказал мышке» и «Лупите своего сынка») перевела Дина Орловская, а после её смерти в 1970 году окончить работу взялась Ольга Седакова («Как дорожит своим хвостом», «Еда вечерняя», «Ты мигаешь, филин мой» и «Дама Червей») Перевод литературоведа, исследователя литературы Великобритании и США, Нины Демуровой, признан критиками как наиболее удачный и соответствующий оригиналу По мнению Нины Демуровой, «Алиса» Кэрролла принадлежит к числу самых трудных для перевода произведений мировой литературы. К обычным трудностям, связанным с переводом иноязычного автора, отдалённого от нашего времени иными нравами, литературными условностями и установками, прибавляется ещё одна. Исследователь наряду с Оденом считает, что «могущественнейшим персонажем» произведения является сам английский язык [78]. Демурова отмечала, что Кэрролл использовал своевольные алогизмы самого языка и экспериментировал с ними. Литературовед ставила перед собой цель передать русскоязычному читателю лукавый и озорной, глубоко личный, лирический и философский дух сказок Доджсона, попытаться воспроизвести своеобразие авторской речи — сдержанной, чёткой, предельно динамичной и выразительной. Она писала: Для понимания общей тональности авторской речи Кэрролла важно иметь в виду, что Кэрролл принадлежал к тем, кто, подобно Уордсворту, видел в детстве особое «состояние» не только данной личности, но и человечества, «состояние», которому, в силу его особой природы, открыто многое, чего не могут понять или почувствовать взрослые. Нина Михайловна подчёркивала, что все переводчики стремились, не нарушая национального своеобразия подлинника, передать особую образность произведения, своеобразие его эксцентрических нонсенсов. Однако команда понимала, что полностью подобная задача невыполнима: невозможно точно передать на другом языке понятия и реалии, в этом другом языке не существующие. Наиболее сложной задачей для переводчика был перевод имён и названий, суть которых сводилась к своеобразным шифрам. Дословный перевод в данном случае был невозможен. Так, во 2 главе фигурировали такие персонажи, как « Duck» — намёк на преподобного Робинсона Дакворта, « Lory» — Лорина и « Буквальное значение слова « Duck» — «утка» (относится к женскому роду) — заранее отрицает всякую связь с мистером Даквортом. Ни утка, ни селезень, ни лебедь, ни гусь, ни любая другая водоплавающая птица не давали необходимого звена к другу Кэрролла. Неожиданное возникшее имя «Робин Гусь» дало необходимую связь не через фамилию, как в оригинале, а через имя. « Eaglet» стал Орлёнком Эдом, а « Lory» — Попугайчиком Лори. Трудности были и с адаптацией имени такого персонажа, как « Hatter». Примечательно, что в русском отсутствует полный понятийный аналог безумца из английского фольклора, а следовательно, связанных с ним примет и ассоциативного поля. Компромиссом стали русские дураки. И те, и другие не похожи на нормальных людей, но всё делают не так, как положено. Глупость одних, так же как и безумство других, нередко оборачивается мудростью или вызовом здравому смыслу. Так персонаж стал Болванщиком, в котором есть связь с английским героем: он имеет дело с болванками для шляп и не блещет умом. « The Caterpillar» первоначально должен был называться Шелкопрядом, однако это имя сочли вызывающим нерелевантные южные ассоциации, которые мало связаны с характером персонажа, и было принято решение остановиться на Гусенице. Второй составляющей, на которой строится драматургия Кэрролла, является игра слов. Демурова отмечает, что юмор характеров и ситуаций сравнительно легко переводится, однако адекватному переводу словесная игра почти не поддаётся. Таким образом приходилось выбирать между содержанием высказывания и юмористическим приёмом. В тех случаях, когда содержание является лишь поводом для игры ума, переводчица отдавала предпочтение приёму. Кэрролловская проза неразрывно связана со стихами. Они появлялись как открыто, в виде прямых цитат, так и пародийно и завуалированно, в виде аллюзий. Переводчики при переводе пошли по новому пути, который не был предусмотрен Уорреном Уивером. Дело в том, что исследователь не мог знать, что некоторые из стихотворений уже давно были переведены на русский язык. Дина Орловская написала для «Папы Вильяма» перевод исходных стихов Роберта Саути. Переведя на русский язык оригинал, она «подогнала» его под классическую пародию Самуила Маршака. Чтобы передать богатейший пародийный фон сказки, Седакова написала исходные русские тексты для пародируемых Кэрроллом оригиналов. В статье «О переводе сказок Кэрролла» Демурова дала оценку предшествующим работам. Она отмечала, что наиболее ранние переводы стремились приблизить сказки к русскому читателю-ребёнку, и как следствие, сильно преобразовывали образные и речевые особенности оригинала. Изменениям были подвергнуты имена, бытовые и исторические реалии, пародии, стихи. Алиса становилась Соней, Чеширский кот — Сибирским, в качестве пародий использовались стихотворения «Бородино», «Чижик-пыжик», «Горит восток…». Таким образом, переводчики воспринимали труд Доджсона как произведение, адресованное исключительно детям, придавали ему такие качества как «сентиментальность и псевдодетскость», что, по мнению литературоведа, входило в противоречие с самим духом сказок Кэрролла. Переводы 20—40-х, отчасти продолжили старую традицию, но и стали пытаться переводить буквально, максимально приближённо к оригиналу. Так появились обращение «моя дорогая старушка, Мок-Тартль», «Римская Черепаха» и другое. Такой подход, по мнению Демуровой, придавал сказке мрачности. Литературовед подытоживала, что понятийные различия двух систем невозможно передать буквально Литературный критик Сергей Курий заявлял, что перевод Демуровой признан классическим, наиболее удачным и адекватным оригиналу. Он говорил, что переводчикам удалось сохранить дух английского национального колорита и в то же время сделать сказку более доступной для русскоязычного читателя. Версию Набокова он назвал «интересным примером перенесения кэрролловского нонсенса в российскую ментальность». Критик также заметил многочисленные изменения имён, и признал удачными стихотворные пародии, первоосновой для которых выступили российские произведения. В общем и целом обозреватель посчитал, что адекватного представления об оригинале перевод не даёт. Вариация «Алисы» Заходера, по мнению рецензента, являлась вольным пересказом, в котором переводчик приблизил произведение Кэрролла не только к русскому читателю, но и к советскому школьнику. Курий пишет, что эта работа адресована исключительно детям. Перевод Яхнина, по его мнению, был слишком далёким от оригинала, поскольку каламбуры и словесные парадоксы в нём встречались в тех местах, где они отсутствовали у Кэрролла. В переводе Орла утеряна «лёгкость и игривость слога», версия Щербакова названа добротной, Нестеренко и Старилова «близкой по букве», а Блехмана — очень вольной, весёлой и яркой Ирина Казюлькина, представитель ресурса Bibliogid.ru, также признала перевод Демуровой классическим. В нём удачно сочетаются академическая обстоятельность, точность, изысканность аналогий и выверенность деталей. Она заявила, что данный перевод является одним из самых востребованных издателями и читателями. Вариацию Бориса Заходера критик оценила как пересказ — лёгкий, яркий и смешной; вариант, выполненный Орлом, как наиболее филологически точный. Доктор Ф. Паркер, написавший книгу «Льюис Кэрролл в России», утверждал, что перевод Щербакова является одним из самых лучших. В 1994 году за пересказ «Алисы» Яхнин получил Международный почётный диплом имени Ханса Кристиана Андерсена Ниже приведён список из наиболее важных книг и статей, посвящённых исследованию дилогии Кэрролла. Указан год первого издания в оригинале, через дробь — первое издание на русском языке (если есть). The Annotated Alice. Alice’s Adventures in Wonderland and Through the Looking Glass by Lewis Carroll. Illustrated by John Tenniel. With an Introduction and Notes by Martin Gardner. NY, 1960 / Комментарии М. Гарднера изданы в сокращённом переводе, выполненном Н. Демуровой, в составе вышедшего в 1978 году «академического» издания дилогии Кэрролла. The Philosopher’s Alice. Alice’s Adventures in Wonderland and Through the Looking Glass by Lewis Carroll. Illustrated by John Tenniel. With an Introduction and Notes by Peter Heat. NY, 1974. / «Алиса» глазами философа. — Комментарии: Питер Хит. — М.: ТриМаг. — ISBN 978-5-901666-53-1. — 2013. Данилов Ю. А., Смородинский Я. А. Физик читает Кэррола / В составе академического издания: Л. Кэрролл. Алиса в стране чудес. Алиса в Зазеркалье. — М.: Наука. — 1978. М.: Наука, 1979. — 200, [8] с. — (Литературоведение и языкознание). — 50 000 экз. Лобанов В. В. Льюис Кэрролл в России. Аннотированная библиография переводов. — М.: Макс-Пресс, 2000. — (Folia Anglistica. Autumn 2000). Бьёрк К. Приключения Алисы в Оксфорде / Пер. со швед. Н. Демуровой; ред. Т. Доброницкая. —

Алиса в Стране чудес: Alice’s Adventures in Wonderland: Титульный лист первого издания: Жанр Rebecca Dautremer Анна Юдина Геннадиев Андрей; Название Алиса в стране чудес Автор Льюис Играть в Алиса в стране чудес: Найди отличия "Алиса в стране чудес" ИГРЫ бесплатно Цитаты и афоризмы из Алисы в стране чудес Льюиса Кэрролла В 2015 году Алиса начала готовиться к своему первому альбому, записав серию синглов Хранители сказок: Приключения Алисы в стране чудес (Перевод Н. Демуровой) - Сказка

  • Товары почтой выигрыш 1000000 отзывы
  • Вип зал монако в казино европа
  • Поиграть в автоматы вулкан в клубе
  • Лотерей русское лото
  • Илья городецкий
  • алиса в стран чудес Поиск Вы можете поддержать наш проект, чтобы мы могли развивать его и публиковать больше интересных авторских материалов об иллюстрированной книге.    

    64
    Игровые автоматы | АЛИСА В СТРАН ЧУДЕС